Сообщить об ошибке

Если у вас есть комментарии к тексту, который содержит ошибку, укажите их в этом поле. В противном случае оставьте поле пустым.

Вход на сайт

Регистрация
Потеряли пароль?
Что такое OpenID?

Регистрация на сайте

Информация об учетной записи
Существующий адрес электронной почты. Все почтовые сообщения с сайта будут отсылаться на этот адрес. Адрес электронной почты не будет публиковаться и будет использован только по вашему желанию: для восстановления пароля или для получения новостей и уведомлений по электронной почте.
Укажите пароль для новой учетной записи в обоих полях.

совет путешественнику

Автомобиль для путешествия

Для поездки по бездорожью мне потребовался внедорожник, но, к сожалению, бюджет не позволял взять новую машину. И тогда друзья посоветовали мне изучить предложения на веб-сайтах по продаже подержанных автомобилей.

сегодня

21 ноября
День работника налоговых органов России
День работника налоговых органов

21 ноября – День работника налоговых органов России. Еще при Петре I были образованы 12 коллегий, из которых четыре заведовали финансовыми вопросами: камер-коллегия, штатс-контор-коллегия, ревизион-коллегия и коммерц-коллегия.

Жизнь афганского кишлака


Из цикла "Горная страна Памир и северный Афганистан". Часть 6

Вновь проехав через Султан Ишкашим встаём на трассу ведущую в Кабул. После посёлка рядом с дорогой, как будто грозным напоминанием вечно воюющему народу, появляются два ощетинившихся бронёй в сторону окрестных гор БТРа, здесь они совсем не кажутся брошенными, а выполняющими особое задание во времени и пространстве.

Остатки военной базы около кишлака Зибок. Фото автора с сайта  turbina.ru

Далее пристраеваемся вслед за набитым под завязку микроавтобусом, направляющимся в Кабул. Маршрутка тормозит возле небольшого глиняного строения, украшенного ленточками. Все пассажиры выходят, это суннитский мазар святого Боязиза Бостони, останавливаемся и мы. В домике можно отдохнуть на ковре, рядом с могилой. Кто был этот человек, что он сделал, понять не удалось. Афганцы возле мазара просят хорошей дороги, ведь трястись им двое суток, а Хорам везёт нас дальше.

Горы приобретают немного другой окрас, долина становится более широкой, а речушки спокойными, пробивается зелёная травка, пасутся большие отары овец. У подножия одного холма наблюдаем причудливую композицию, похожую на ступни ног, рядом можно разглядеть лицо спящего человека. На мой взгляд, в ближайшие 500 лет, Будда в Афганистане не проснётся.

Трасса на Кабул, через 40 км. уходит вправо, а мы поворачиваем возле местности Зибок влево, в кишлак с таким же названием. Хорам замечает здесь непорядок. Девчонки, идущие из школы, несут в руках молоко. Фонд Ага-Хана, привлекая детей к учёбе, выделяет школам продукты, ученики должны питаться только там, это жёсткое условие.

Хорам и Шагар решают заглянуть в учебное заведение, оба работают в фонде Ага-Хана, имеют удостоверения. Остановиливаем джип на узкой улочке и идем пешком. У школьных ворот одни выходят, другие заходят; толчея, давка и баловство. Здоровенный охранник, пытаясь навести порядок, палкой бьёт детей по плечам и спинам, нас он не замечает. Я невольно поднимаю руку от возмущения, пытаюсь русскими словами пристыдить воспитателя. Он быстро исчезает, но уже другой человек не пускает нас внутрь, объясняя чтобы мы подождали 15 минут.

За школьным забором начинается серьёзное шуршание, иностранцев здесь никогда не видели. Затем нас приглашают войти. сопроводив к директору. Невысокий пуштун рассказывает о воспитании детей; многие ходят на учёбу за 10 км., не хватает тетрадей, портфелей, учебников. Два раза, как бы невзначай, директор повторяет, что школьников здесь не бьют и хорошо кормят, разрешает пройти и посмотреть. Открываем дверь в класс мальчиков, учитель дает команду, все дружно встают, мы просим их сесть.

В обшарпанной комнате парт не хватает, в углу, возле доски, скрючившись в три погибели, часть детей сидит на грязной циновке. Идёт урок литературы на дари. Когда-то персы, таджики и афганские таджики, говорили на одном языке. Персы подверглись арабскому влиянию, афганцы — пуштунскому, а наши таджики — узбекскому, образовались три родственных языка, где древнеперсидский — общий для всех.

Я решил блеснуть эрудицией, Шагар переводит мой вопрос:
— Каких знаете поэтов?

Повисла тишина, преподаватель сверкнул злыми глазами, ребята упорно молчали. Мы предпочли удалиться. Наверняка знания о Рудаки были даны в тот день палкой по задницам.

В классе девочек мест так же не хватает, но вопросов здесь решили не задавать. Директору оставили подарки для ребятишек, он сам решит, кому отдать.

Рядом с кишлаком, на месте встречи трёх долин, располагалась наша военная часть. Она контролировала дорогу на Кабул и тропы через Зибок в Пакистан. За всю войну боевых действий здесь не было (боевые действия происходили в горах, возле границы с Пакистаном), некоторые жители знают русские слова, вспоминают шурави хорошо.

Хорам включил пониженную передачу, джип ползёт в направлении нашей базы. Три дня назад по дороге прокатила немецкая военная техника, оставив после себя комки густой грязи.

Если, находясь в комнате, поднять глаза на потолок, всегда кажется странным, как могла бы мебель там поместиться. От нашего присутствия остались всего несколько вросших в землю домиков, а была вертолётная площадка, баня, казармы, жилой корпус офицеров, штаб и многое другое. В длинной прямой линии камней читается бывший забор. Советские военные разминировали окружавшее базу минное поле, оттащили к Султан Ишкашиму разбитую технику, оставив городок, готовый к проживанию. Кто отдал команду всё разломать — неизвестно.

Теперь здесь живут две семьи афганцев-скотоводов. На возможном месте склада боеприпасов, возвышается гора лепёшек из кизяка, там где солдаты могли заниматься строевой подготовкой, двое мелких пацанов гоняются за козлёнком, поймав закручивают ему хвост. Жена нового командира — морщинистая старуха, плетёт корзину. Жизнь всегда идёт вперёд, но в данном случае она повернула назад.

На ночлег вернулись в уже знакомый дом Али. Хозяин ещё не вернулся с базара, но слуга приглашает расположиться в зале. Очень приятно было увидеть; наши открытки с видами Москвы аккуратно поставленны возле портретов Ага-Ханов. Придя домой и увидев нас, Али обрадовался, распорядился с ужином, угостил китайским виски. Мы в ответ раскрутили его на подаренную два дня назад бутылку Столичной. Али с удовольствием окунулся в воспоминания 20-летней давности.

Всё местное население с уважением отзывается о русском офицере по фамилии Терехов (должность и звание выяснить не удалось), он интересовался проблемами афганцев, помогал строить мирную жизнь, проводил для них политинформации. Однажды в посёлок привезли партию солдат-дембелей. Ребята, в ожидании перехода через границу, нарвали кукурузы. В Афганистане чужое считается священным, дехканин никогда не наступит на соседнее не убранное поле. Терехов кукурузу отобрал, закопав собственноручно в землю, а дембелей отправил дослуживать ещё 3 месяца.

Отступив от темы хочу напомнить; в советские времена работал когда-то на Садовом Кольце водитель троллейбуса, историю города на маршруте рассказывавший, существовали таксисты, сдачу до копейки отдававшие. У Б.Житкова есть рассказ, как мальчик ночью в темноте стоял во дворе на посту, так как дал ребятам честное слово никуда не уходить. Только найдя военного, который освободил от обязательства, удалось увести парнишку домой.

Я думаю, что Терехов выше полковника не дослужился. Водитель троллейбуса и честные таксисты — исчезли как мамонты, а мальчик вырос, и в наше время стал просто лохом.

© Текст, фото: Максим Ершов

Опубликовано: 22.11.2016
Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить администрации сайта!

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.